Суббота, 25.11.2017, 10:54
Приветствую Вас Гость
widgeo.net
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: magnika-dagon 
Форум » ФОРУМ ОТ НЕКРОМАНТА » МИФОЛОГИЯ » Мифологические деревья
Мифологические деревья
некромантДата: Воскресенье, 08.02.2009, 14:17 | Сообщение # 1
Феникс
Группа: Модераторы
Сообщений: 245
Репутация: 11
Замечания: 20%
Статус: Offline
Ал лук мас,

аал лук мас, в якутской мифологии священное дерево рода, в котором обитает дух – хозяйка данной местности. На ветвях Ал лук маса любят играть Эрэкэ-Джэрэкэ – дети духа – хозяйки земли Ан дархан хотун. Ал лук мас считались могучие, старые березы или лиственницы, растущие отдельно на кургане или на опушке леса, их часто огораживали, увешивали «подарками» – пестрыми волосяными веревками и лоскутами материи; нельзя было ломать ветки Ал лук маса или срубать его. Около Ал лук маса приносили жертву Ан дархан хотун. В мифах встречаются другие варианты названия священного дерева, подчеркивающие ту или иную примечательную черту его, например «ар мас» («белое или почтенное дерево»), В героическом эпосе Ал лук мас – олицетворение вечно живой растительности, питающей людей и животных.

Ашваттха (др. индийское буквально «лошадиная стоянка»), в ведийской и индуистской мифологии сакральное фиговое дерево, наиболее частый и представительный вариант мирового дерева в Идии. Упоминается уже в «Ригведе» (I 135, 8; Х 97, 5), нередко встречается в брахманах, упанишадах и эпосе. Во многих случаях, когда дается описание мирового дерева, речь идёт именно об Ашваттхе. В частности, оно имеется в виду в знаменитой загадке из « Ригведы » : « Две птицы, соединённые вместе друзья, льнут к одному и тому же дереву. Одна из них ест сладкий плод, другая смотрит, не прикасаясь к плоду... На вершине этого дерева, говорят, есть сладкий плод, и к нему не стремится тот, кто не знает прародителя» (I 164, 20, 22: две птицы — солнце и луна, день и ночь и т. п.). Космические функции Ашваттхи подчёркиваются уже в «Атхарваведе» («С неба тянется корень вниз, с земли он тянется вверх», II 7, 3) и особенно в упанишадах, где элементы Ашваттхи соотносятся с разными частями макрокосма и создают основу для далеко идущих классификаций. Ср. образ перевёрнутого дерева (arbor inversa): «Наверху (её) корень, внизу — ветви, это вечная смоковница» («Катхауп.» II 3, 1) или: «Наверху (её) корень — трёхстопный Брахман, (её) ветви — пространство, ветер, огонь, вода, земля и прочее. Это Брахман, зовущийся единой смоковницей» (Майтриуп. VI 4). Но, разумеется, не менее распространён и обычный (неперевёрнутый) вариант А. Ср.: «Царь Варуна... держит кверху в бездонном (пространстве) вершину дерева. Они обращены вниз, вверху их основание» (РВ I 24, 6). Если части Ашваттхи моделируют мир, то, входя в тетраду других деревьев, воплощающих идею мирового дерева, Ашваттха может принимать участие и в моделировании социальных и религиозно-ритуальных структур. Так, в Индии издревле известен ритуал, в котором с царём последовательно соотносится каждое из четырёх сакральных деревьев, из них изготовляются ритуальные чаши, подносимые царю для омовения представителями каждой из четырёх варн (см. Варна). Чашу из Ашваттхи подносит вайшья, из ньягродхи — знатный друг, из удумбары — кшатрий, из палаши — жрец. В «Махабхарате» (III 115, 35) говорится о браке бездетных жён с деревьями, и в связи с этим выступают Ашваттха и удумбара, что может быть истолковано как отражение образов мужа и жены средствами «древесного» кода. Ашваттха, как и некоторые другие деревья, играют определённую роль и в ритуале. Ср. описание в «Матсья-пуране» четырёхугольного алтаря с арками из ветвей четырёх деревьев, в т. ч. Ашваттха. В связи с Ашваттхой восстанавливаются два весьма архаичных мотива, которые в более позднее время могли соотноситься с деревом вообще или деревьями других видов (напр., с ньягродхой). Первый из этих мотивов — человек на дереве (при этом человек уподобляется дереву, ср. Брихад.-уп. III 9, 28 или Мбх. XI 5,3—24 и др.), и они оба рассматриваются как образ вселенной (см. Пуруша). Иногда этот мотив формулируется более конкретно: женщина у мирового дерева; этот мотив отсылает в конечном счёте к ритуалу человеческого жертвоприношения у мирового дерева. Второй мотив — конь у мирового дерева (ср. описание ашвамедхи в «Ваджасанейи-самхите Яджурведы» и других текстах); хронологически он продолжает первый мотив и связан с переходом от ритуала жертвоприношения человека к жертвоприношению коня. Многочисленные индоевропейские параллели подтверждают древние истоки обоих этих мотивов и, возможно, даже самого названия «Ашваттха.» [ср. мотив Иванушки-дурачка (трансформация первочеловека, первого жреца), пасущего лошадь в ветвях дерева; Иггдрасиль в «Эдде», авестийское название конюшни aspostano при др.-инд. asvasthana, Ашвинов и т. п.]. Ашваттха выступает как существенный элемент с определёнными символическими связями и в некоторых конкретных мифологических сюжетах. Так, в сказании о Пуруравасе и Урваши, известном в ряде версий, Пуруравас срывает ветви с деревьев Ашваттха и шами, трёт их друг о друга и добывает священный огонь, разделённый натрое: огонь для домашних обрядов, огонь для жертвоприношений и огонь для возлияний. Культ дерева в Индии также даёт значительный материал для выявления той роли, которую играла Ашваттха.


Там на краю серых пределов...
 
некромантДата: Воскресенье, 08.02.2009, 14:17 | Сообщение # 2
Феникс
Группа: Модераторы
Сообщений: 245
Репутация: 11
Замечания: 20%
Статус: Offline
Гаокерена - В древней Персии - священное Древо жизни, цветы которого дают бессмертие. Его охранял огромный ящер, в разинутой пасти которого оказывался каждый опадающий цветок.

Жо в древнекитайской мифологии священное дерево, растущее за Южным морем, между реками Хэйшуй («Черной») и Циншуй («Зеленой) на крайнем западе у горы Куньлунь. Листья его темно-зеленые, цветы красные, напоминающие лотосы, свет их освещает землю. Согласно мифу, на верхушку Жо, садились десять солнц, завершив свой путь по небосводу. Жо- западный эквивалент солнечного (восходного) древа фусан, находящегося на крайнем востоке. Образ Жо неоднократно использовался в китайской поэзии (Цюй-Юань – 4 в. до н.э.)

Иггдрасиль - в скандинасвкой мифологии Мировое древо — гигантский ясень, являющийся структурной основой мира, древо жизни и судьбы. Иггдрасиль. определяет «вертикальную проекцию» пространственной модели мира скандинавской мифологии, соединяя различные миры (небо, землю, подземный мир). Характеристика И. содержится в «Старшей Эдде» («Прорицание вёльвы» 2, 19, 28 и др., «Речи Гримнира» 31 и след.), а также в «Младшей Эдде». Вёльва (провидица) (в строфе 2) называет Иггдрасиль miotvib maeran (т. е. «древо меры, прекрасное» или «знаменитое»). Она упоминает девять миров и соответствующие им девять iviui. Это слово переводят по-разному: «деревянный инвентарь», «тисовые деревья», «корни», «широкие», «лес». Учитывая сибирские параллели, следует это слово скорее всего переводить как древесную опору, основу, «костяк» каждого из девяти миров.
На вершине Иггдрасиля сидит мудрый орёл, а между его глазами — ястреб Ведрфёльнир («полинявший от непогоды»), корни Иггдрасиля гложут дракон Нидхёгг и змеи. Перебранку между орлом и драконом переносит снующая по стволу белка Рататоск («грызозуб») — своеобразный посредник между «верхом» и «низом». На среднем уровне четыре оленя щиплют листья Иггдрасиля. Кроме того, олень Эйктюрмир («с дубовыми кончиками рогов») и коза Хейдрун едят его листья, стоя на крыше Валъхаллы. Три корня Иггдрасиля простираются, согласно «Старшей Эдде», в царство мёртвых, к великанам и людям или, согласно «Младшей Эдде», — к богам (асам), и неистым великанам (хримтурсам) и к Нифльхейму (страна мрака). Согласно «Младшей Эдде», у Иггдрасиля находится главное святилище, где боги вершат свой суд. Под корнями расположены источники — Урд («судьба»), источник Мимира, Хвергельмир («кипящий котёл»). «Младшая Эдда» определённо связывает Урд с небесным корнем, источник Мимира — с великанами и Хвергельмир — с Нифльхеймом. Но естественнее связать один из корней с людьми и с ним Урд, поскольку у этого источника живут норны, определяющие судьбы людей. Норны поливают влагой из источника дерево, чтобы оно, подгрызаемое змеями и оленями, не гнило. Можно реконструировать и представление о том, что медвяный источник Мимира питает мировое древо, но с другой стороны, сам Иггдрасиль покрыт медвяной влагой, и поедающая его листья коза Хейдрун питает неиссякаемым медвяным молоком павших в бою воинов (эйнхериев) в Вальхалле.
Как вечнозелёное древо жизни И. пропитан живительным священным мёдом (см. Мёд поэзии).
Иггдрасиль связан с одинической мифологией. Слово «Иггдрасиль» буквально означает «конь Игга», т. е. конь Одина (Игг — другое имя Одина) и отражает миф о мучительной инициации («шаманском» посвящении) Одина, который провисел, пронзённый копьём, девять дней на этом дереве. Это название, возможно, также подчёркивает роль Иггдрасиля как пути, по которому обожествлённый шаман (каким отчасти является Один) странствует из одного мира в другой. Возможно, что Один в мифологеме мирового древа вытеснил громовника Тора, поскольку имеются намёки на связи Тора с культом дуба и эти намёки поддерживаются индоевропейскими параллелями. Кроме
Одина, с Иггдрасилем тесно связан также страж богов Хеймдаллъ, который, по некоторым предположениям, является его антропоморфной ипостасью. По-видимому, Лерад и Мимамейд (от Мимира, хозяина медвяного источника) — синонимы Иггдрасиля. Его культовым эквивалентом были священные столпы — деревья, известные в исторические времена в Швеции и других местах. Северогерманский хронист Адам Бременский (11 в.) сообщает о священном тисе в храмовом комплексе в Упсале (ср. почитание столпа Ирминсуль, соотносимого с богом Ирмином, у саксов, о чём сообщает Видукинд в «Истории саксов», 10 в.).

Нагасари, В индуистской мифологии Западной Индонезии и Малайзии - священное Мировое Древо, из которого при участии мужского божества рождается пара первопредкой - Дармадева и Дармадеви, созданных соответственно Вишну и Брахмой из цветов Нагасари. В синкретической (шиваитско-буддийской) идеологии средневековой Явы Нагасари, как символ вечности и духовного начала, в переплетении с древом раджаса (символ царской власти и мировой мудрости) составляет образ космического древа, мировой оси Вселенной.


Там на краю серых пределов...
 
некромантДата: Воскресенье, 08.02.2009, 14:18 | Сообщение # 3
Феникс
Группа: Модераторы
Сообщений: 245
Репутация: 11
Замечания: 20%
Статус: Offline
О-камудзуми, (др. япо. Элемент – о, «великий», каму, «божественный», ми, «плоды», в целом – «великие божественные плоды-боги»), в японской мифологии три плода персика, обратившие в бегство демониц царства смерти в мифе о бегстве бога Изданаки из Ёми-но куни. Мотив персиков в этом мифе, возможно, объясняется китайским влиянием: в сочинении «Цзо Чжуань» («Комментарии к летописи Конфуция «Весна и осень») есть упоминание о том, что персик спасал от злых намерений (наговоров). Из дерева персика в древней Японии изготовлялся амулет удзути («заячий молоточек») – таким амулетом, украшенным длинными свисающими нитями пяти цветов, прогоняли злых духов в «день зайца» (в январе по европейскому календарю). Верой в магическую силу персика объясняется и обычай отгонять злых духов во время ежегодных праздников, стреляя из лука, сделанного из персикового дерева.

Паньтао [от пань, "извиваться" (?) и тао, «персик»], линтао («чудесный персик»), сяньтао («персик бессмертия»), в китайской мифологии персик, дарующий бессмертие. В наиболее архаических версиях мифов персиковое дерево (таошу) наделяется чертами мирового древа. В «Шань хай цзине» («Книга гор и морей») упомянуто огромное персиковое дерево на горе Душо, в ветвях которого, изгибающихся на 3 тысячи ли, находятся ворота духов (гуймэнь). Согласно мифу, стрелок И был убит палицей из персикового дерева и впоследствии стал почитаться под именем Цзун-бу как божество, отвращающее нечисть.
Существовало поверье, что этого дерева боятся злые духи. В древности вырезанные из него фигурки богов дверей ставили у входа в дом с целью отвратить злых духов. Позднее (видимо, с первых веков н. э.) из персикового дерева даосами вырезались различные талисманы-обереги. Ветками персикового дерева хлестали больного лихорадкой, чтобы изгнать духа болезни.
На более поздней стадии развития мифологии, скорее всего при сложении даосской религиозно-мифологической системы (рубеж н. э.), появляется представление о Паньтао как о плоде, дарующем долголетие и бессмертие. В «Шэнь и цзине» («Книга о божественном и удивительном») говорится о растущем на северо-востоке большом персиковом дереве, плоды которого в поперечнике составляют более 3 чи (около 1 м). П. прочно связывается с Си-ван-му. В её садах растут персиковые деревья, которые цветут и дают плоды раз в три тысячи лет. Согласно даосским легендам, Си-ван-му в свой день рождения 3 числа 3-й луны угощает Паньтао всех главных божеств и бессмертных. По представлениям, отражённым в фантастической эпопее У Чэн-эня «Си ю цзи» («Путешествие на Запад», 16 в.), в саду Си-ван-му из 3600 деревьев на одной трети плоды созревают раз в 3 тысячи лет, на другой — раз в 6 тысяч лет, на последней — раз в 9 тысяч лет; соответственно отведавшие плодов становятся либо бессмертными, познавшими истину, либо вечно юными и могущими свободно летать на облаках, либо равными небу и земле и вечными, как солнце и луна. Одновременно существовали и предания о похитителях чудесных персиков (Дунфан Шо и царь обезьян Сунь У-кун (Хануман)). Ср. также связанные с представлением о Паньтао как о дарующем долголетие обычаи у даосов пить сок персикового дерева (тао-цзяо) или отвар из персиков (таотан) на новый год, есть в день рождения особые хлебцы в форме персиков, вывешивать в первый день нового года на воротах дощечки из персикового дерева для моления и ниспослании счастья. С персиком в руках обычно изображался бог долголетия Шоу-син, иногда его рисовали выходящим из огромного персика.


Там на краю серых пределов...
 
некромантДата: Воскресенье, 08.02.2009, 14:18 | Сообщение # 4
Феникс
Группа: Модераторы
Сообщений: 245
Репутация: 11
Замечания: 20%
Статус: Offline
Саньчжушу («тройное жемчужное дерево»), в древнекитайской мифологии чудесное дерево с тремя стволами. В «Шань хай цзине» («Книга гор и морей») говорится: «Саньчжушу растёт у реки Чишуй (Красная)... Оно похоже на кипарис, но вместо иголок — жемчужины... Оно подобно хвосту кометы». Изображения Саньчжушу найдены на каменных (могильных) рельефах эпохи Хань (рубеж н. э.), в частности в провинции Шаньдун. Китайский учёный Юань Кэ предполагает, что, согласно мифу, Саньчжушу выросло из чудесной жемчужины, потерянной мифическим государем Хуан-ди на берегу реки Чишуй.

Синдансу, в корейской мифологии священное дерево — алтарь духам, по своим функциям напоминающее древо мировое. В мифе о Тангуне Синдансу находилось на вершине горы Тхэбэксан, и это место назвали «священным градом» или «обителью духов» (синей). Позднее Синдансу стало означать священное место, где совершались обряды с жертвоприношениями духам. С Синдансу, видимо, связаны Петушиный лес (Керим) в Кёнджу, Лес небесной границы (Чхонгённим), Лес гульбищ духов (Синюрим), а также столбы в Сотто и священные деревья у алтарей Сонан.

Фусан, в древнекитайской мифологии дерево, на котором жили десять солнц – золотых воронов. На верхушке Фусана сидит яшмовый петух, возвещающий о рассвете.

Цюнсан (букв. «далекое тутовое дерево»), в древнекитайской мифологии гигантское дерево, растущее на берегу Западного моря. Его высота – тысяча сбней, листья красные, ягоды растут гроздьями, плодоносит Цюнсан раз в тысячу лет.

Чжи, линчжй («чудесный чжи»), шэнь-чжй («Волшебный чжи»), в китайской народной мифологии волшебный гриб. В средневековых сочинениях упоминаются зелёные, красные, жёлтые, белые, пурпурные Чжи. Волшебный пятицветный Чжи считался знаком совершенномудрого князя. Различались также шичжи («каменные Чжи»), растущие будто бы на скалах, жоучжи («мясистые Чжи») и др. Особо почитались Чжи, растущие на тысячелетних деревьях либо подле их корней, обладающие целебными свойствами. Изображения Чжи как символа долголетия чрезвычайно популярны в китайской живописи.


Там на краю серых пределов...
 
Форум » ФОРУМ ОТ НЕКРОМАНТА » МИФОЛОГИЯ » Мифологические деревья
Страница 1 из 11
Поиск:

MAGNIKA-DAGON © 2017